Тольяттинский драматург Вячеслав Дурненков по образованию историк. Поэтому неудивительно, что в его пьесах прошлое и настоящее переплетается самым тесным образом. В "Трех действиях по четырем картинам" разные времена и вовсе накладываются друг на друга, так что не разберешь – то ли перед нами полуподвальная каморка начинающего литератора конца XIX века, то ли питерский сквот, где собираются неформалы XX столетия. Черносотенный митинг, на котором один из героев заряжается энергией, торговля недвижимостью, извозчики, жалующиеся на дороговизну запчастей, совсем как наши таксисты, уличные погромы и провокационные перформансы молодых радикалов – все это одинаково свойственно обоим векам(...)

Пьесу тольяттинца Вячеслава Дурненкова в театре "Практика" поставил Михаил Угаров, называющий ее чуть ли не лучшим из того, что есть в нашей новой драме. Угарову видней, он прочитывает тонны пьес. О том же, что это наиболее существенная из пьес Дурненкова, может судить всякий, кто купит новенький сборник его (и его брата Михаила, и общих с братом) пьес.

Обычная пьеса Вячеслава Д. (оставим пока брата за скобками) — это короткая галлюцинация(...)

Правда, что ты жил в питерском сквоте и был андерграундным художником?

Да, и это изменило всю мою жизнь, потому что тогда я понял, что буду делать только то, что хочу. Мне повезло — я застал кусочек уходящей эпохи 90-х, которая была богата на очень странных людей. Это был настоящий русский андерграунд, которого сейчас уже просто нет. Я жил в сквоте на Гангутской, 8, и половина фраз в моей пьесе — оттуда, а персонажи списаны с живых людей. Это сейчас у нас в культуре, условно говоря, 80-е — а тогда был прорыв. На самом деле я терпеть не могу то время: пока люди нюхали кокаин, я стирал пеленки и работал на нелепых работах(...)

Драматург Вячеслав Дурненков выдумал художника Брашинского, который якобы жил во второй половине XIX века, и несколько его картин с типичными для передвижников сюжетами. Чуть-чуть любования природой, немножко социального пафоса - всего в меру, как полагается. Художник Брашинский, согласно Дурненкову, создал по меньшей мере четыре живописных полотна: «Стишок», "Молодые спорщики", "Поживи с мое", "Окольной дорогой". Эти "живые картины" демонстрируются при помощи застывших видеоинсталляций в исполнении Ксении Перетрухиной и Якова Каждана. Драматическому артисту к игре с живописью не привыкать: даже студенты театральных вузов частенько играют в такое "замри-умри", а потом "воскресают", сочиняя гипотетическое продолжение ситуации. Спектакль Михаила Угарова - совершенно те же самые этюдики(...)

Окружение это скорее виртуальное, чем реальное, и состоит из революционеров, разночинцев, гомосексуалистов, сектантов, феминисток, сумасшедших старух и даже извозчиков, не брезгующих наркотиками. Все смешалось в предметной среде: в петербургской каморке экран с видеоизображениями и откровенные живописные декорации, узкая железная кровать и фотография Мерилин Монро над нею. Печка, радиоприемник и портрет кумира шестидесятых Хемингуэя. Чем дальше течет действие, тем труднее разобраться, что же здесь явь, а что сон героя, где фантазии, а где розыгрыши. В каком времени он существует, чем, в сущности, занимается. О чем размышляет и что хочет сказать. Спектакль не дает точных ответов ни на один из поставленных вопросов, а показывает мир как абсурдное бытие, над которым не властно ни время, ни пространство, ни здравый смысл, которого в сегодняшнем хаосе днем с огнем не сыскать. Читать далее